Джек Световод

Скачать рассказ как электронную книгу

_____________________________________

Возвращался с работы Джек на метро. По привычке он рассматривал людей — во что одеты, куда смотрят, чем заняты, куда устремляют свои взгляды. Иногда удавалось уловить красивый и необычайно осмысленный или задумчивый взгляд. Это очень поднимало Джеку настроение, просто-таки вдохновляло и заставляло его по-детски глупо улыбаться всю оставшуюся дорогу проплывающим навстречу прохожим и самому себе. Иногда эта радость и вполне осязаемое, обволакивающее изнутри, расходящееся горячими волнами в груди ощущение полёта переполняли Джека настолько, что он мог несколько минут или даже часов стоять посреди дороги и смотреть куда-то вдаль, мимо людей и деревьев.
У вас бывает чувство, когда без работы и жить не хочется? Настолько она радует, впечатляет, воодушевляет. Порой хочется задержаться подольше, надышаться этими прекрасными чувствами. Но понимаешь, что завтра будет еще лучше, еще больше. И каждое утро — в предвкушении чего-то необычного, словно каждый новый день вам предлагают то прыгнуть с парашютом, то побывать на орбите Марса, то осуществить визит на необитаемый остров.
Джек работал именно в таком месте. Он был ремонтником. Ремонтировал людям Свет. Ну, бывает иногда так у людей: они, вроде, и не болеют ничем, и как-то даже светло, тепло на улице, а в душе — мрак и разруха. И кажется, что жизнь медленно и предательски неотвратимо, как серебристый и яркий песок, утекает сквозь пальцы. Словно само время, отведённое человеку, истончается на его же собственных глазах. И когда люди уже не знают, что делать и как вернуть себе утекающую жизнь — их находит ремонтник. И он чинит Фонарь в их душах (или Маяк, или Свечу, или обычную, самую простую, но такую важную и значимую Лампочку), чтобы его Свет вновь освещал людям их жизнь, их путь сквозь Тьму незнания и отрешённости.
В этом деле умельцев было мало. Джек знал когда-то одного, они много общались. Оба они не могли вспомнить, кто мог бы научить их ремонтному делу – казалось, что они умели это всегда. Жаль, потом и этот умелец куда-то уехал и пропал.

Джек помнил каждую Лампочку, каждый Фонарик, каждую Искорку, зажжённую им в Темноте и Пустоте чужих душ. Это так волнительно и даже немного боязно — каждый раз, даже спустя столько лет. А вдруг не загорится? Вдруг погаснет сразу после того, как захлопнется дверь? Один раз Джеку действительно не повезло — он не смог достаточно хорошо разжечь дрова в Камине, и большой огонь его угас. Это чуть не сломило его тогда.
Прошло много времени, прежде чем он смог оправиться и отпустить эту неудачу от себя.
Джек повидал огромное множество всевозможных источников Света в людях. Это были фонарные столбы, маленькие и большие лампочки, висящие в пустоте или на одинокой длинной ниточке провода, уходящего куда-то в небо; это бывали и целые здания — маяки самых разных и необычных форм и размеров, копии местной или выдуманной электроподстанции, или светящиеся трансформаторы. Встречались и совсем уж необычайные варианты — шаровая молния, прожектор, дисплей с фильмом. А однажды это была целая луна! Свет от неё был не то чтобы очень яркий, но и в этом приглушённом сиянии была своя прелесть и сила.

На днях Джек наведался в любимый уютный паб со странным названием “Румория”. Это место нравилось ему за свой первобытный дух отрешённости от повседневных реалий и забот, за неповторимую атмосферу по-доброму пьяного уюта, где каждый пьяница-завсегдатай был “своим человеком”, с кем и по душам поговорить, и посмеяться над очередной жизненной историей или послушать чью-то задушевную гитару можно. В этом пабе время замедляло свой бег для посетителей, а ночь приходила проворно, можно сказать, нагло и чересчур уж быстро. Отсюда не хотелось уходить, словно бы вынужден покинуть родной дом и уехать в чужой и суровый мир. Джек бывал тут часто. Сюда приходили запить и забыть о проблемах в душе и жизни, постараться разобраться в себе после кружки медового эля, но иногда — попытаться помочь…
У ремонтника есть всего несколько минут, чтобы зажечь человека, чтобы вернуть ему радость жизни и свою цель, чтобы вновь придать смыслы поступкам, мыслям и словам. Получасовой разговор для него — океан чужой души, где нужно отыскать погасший Источник. Кажется, что это сон, мимолётное видение на фоне реальности. Оно не раздражает, не отвлекает, оно где-то сбоку, почти сзади, на фоне. На фоне разговора, на фоне этого странного и такого доброго и искреннего Джека, на фоне паба и людей вокруг. А после очень хочется домой — выспаться; глаза предают и схлопываются против воли. Такси, этаж, кровать. А утром с ресниц свежих и бодрых глаз слетит серая, как душный смог мегалополиса, вуаль, и мир обретёт краски, эмоции, чувства. Яркий белый свет утреннего солнца зальёт пыльный пол и мятую кровать, мягко коснётся рук, лица; и захочется Жить, прямо Сейчас, не теряя ни единого мгновения…

Рональд — мужчина на вид не более тридцати — не сразу привлёк внимание Джека. Разговор завязался быстро, Рон пришёл сюда повидать друзей, которые опаздывают уже на час и, возможно, вообще забыли о нём. Он не жаловался, а часто говорил о сильной усталости и измотанности в последние месяцы. Казалось, что Рон буквально не находит себе места, хватаясь то за одно, то за другое дело, и всюду себя выматывает, не жалея ни сил, ни здоровья, ни времени. Он уже несколько лет не может выпутаться из замкнутого круга безнадёжного дежавю в своей жизни. Раз за разом повторяются одни и те же успехи, одни и те же неудачи, одно и то же ничего изо дня в день. Приправленное соусом из пёстрых лиц и мест, разных стран и городов, офисов, стен и потолков над головой. Но вместо того, чтобы привносить в свою жизнь смысл — этот смысл ускользает, соскакивает с крючка, оставляя Рона нарезать круги, не позволяя ему подняться выше, узнать новое.

Здесь не было океана, не было и пустыни, ни снежной, ни песчаной. Не было городов, улиц, домов. Джек висел в пугающе прекрасной звёздной пустоте между небольшой планетой и бледно-жёлтой звездой. Планета казалась похожей на Землю — облака, синие океаны, зелёная суша. Стоило усилий осознать себя правильно в этом искрящемся пространстве, но вскоре Джек уже стремительно плыл к этой небольшой планете. Чем ближе был этот шарик, висящий в звонкой звёздной черноте, тем очевиднее становилось, что планета была мертва. Или, скорее, еще не ожила. Может быть, ей не хватило времени распустить букет жизни? Или бледная звезда светила слишком слабо и недостаточно грела этот комочек камня с водой и воздухом вокруг?
Понимание неприятно кольнуло Джека; он еще никогда не видел такого Источника. Буквально колосс среди всего, что было раньше. Джек поёжился невольно, вздрогнув, вероятно, и в реальности тоже. Это на что же способен человек, если в его душе горит не просто какой-то фонарь или даже огромный трансформатор, но пылает целая звезда? Звезда! Чёрт возьми, это зрелище заворожило ремонтника, он залюбовался светилом. Да, оно было тусклым, бледным и будто бы приглушённым. Но даже это зрелище внушало неподдельный трепет.
Казалось, у него ушло несколько часов, чтобы облететь звезду со всех сторон, хорошенько поразмыслить, прикинуть варианты, вспоминая основы астрономии. Надо было придумать, как разжечь звезду. Это вам не углей в топку подкинуть или вызвать грозу, пронзающую землю паутиной огненных молний. Хотелось придумать что-то простое и очевидное, но идея подлить бензина казалась слишком уж глупой.
В пабе прошло уже, возможно, не меньше получаса, но Джек не хотел сдаваться. Даже не думал об этом. Ему нужно было еще немного времени. Совсем чуточку. Только придумать, как разжечь звезду. Как же разжечь эту громадину, уже и так сияющую ярче сотен тысяч огней и молний?! Звёзды становятся ярче… Иногда. Когда-то они начинают светить в разы ярче и дальше. Когда… Когда умирают. Джек снова поёжился, понимая всю сложность и простоту найденного решения.

Силы утекали, но сначала ничего не происходило, и несколько мучительных мгновений решение казалось неправильным. Сама мысль о том, что внутри Рона что-то важное и, вероятно, нужное ему умрёт навсегда — не давала покоя и зарождала сомнения. Звезда никак не реагировала на его жесты, однако ремонтник не мог потерять ни капли уверенности в своей работе. Иначе всё это бессмысленно и глупо – можно и не начинать, называется.
Почему же не видно результата? Может быть, внешне ничего и не проявится, пока масса звезды не превысит некий порог, рубеж? Эти мысли снова вдохновили Джека, они удерживали его здесь, под ослепляющим светилом Источника Рона. Они не позволяли опустить руки и прекратить накачивать звезду энергией, увеличивать её массу и гравитацию. Всё больше, больше, еще и еще, пока не иссякли собственные силы, пока еще он держится, пока есть время, стремительно ускользающее сквозь немеющие пальцы.
Яркая вспышка прервала его мысли. Ослепительная волна света всевозможных цветов и оттенков радуги отбросила Джека в никуда, подальше от того места, где пару мгновений назад был огромный жёлтый шар. Когда зрение вернулось, он был уже далеко. А там, среди космической черноты, на месте тусклого солнца распускались синие лучи-овалы очень яркого и “дышащего” звёздного тела. Слепящий лиловый свет переливался со светящимся веером магнитных полей, образуя красивейшую звёздную корону. Новое светило дышало, выпуская в пространство импульсы света.
Вместо молодого и тусклого солара в душе Рональда отныне дышал настоящий пульсар, заливая всё вокруг, словно волнами, живым Светом.

Джек улыбался, довольный, глядя в растерянное лицо Рона и его уставшие, но светящиеся глаза.

© Эдгар «Архинамон» Оболенский

Разделитель
Впечатления